Cтрогий режим изоляции против свободы религии и вероисповедания: COVID-19 - это упражнение по укреплению доверия

Правительства должны сотрудничать с религиозными и духовными лидерами в борьбе с COVID-19, создавая возможность формирования доверия и сотрудничества с более широкими слоями населения.



Mosques open in Egypt following health safety guidelines. In many places, religious groups are primary sources of comfort, information, and direct services for protecting the health and well-being of communities. EFE/EPA/Khaled Elfiqi


Согласно последним докладам, некоторые страны мгновенно отреагировали на пандемию COVID-19, введя временные ограничения в отношении отдельных прав человека, особенно тех, которые связаны с изоляцией или карантином. Эти ограничения оказали резкое влияние на более широкий спектр прав человека, включая свободу передвижения и собраний, которые, в свою очередь, воздействуют на другие права, такие как свобода религии или убеждений.

В попытке сразиться с невидимым врагом, страны по всему миру отреагировали по-разному. В Малайзии, Австралии и Японии места поклонения, мечети были немедленно закрыты, чтобы предотвратить распространение вируса во время религиозных сборищ. Саудовская Аравия закрыла свои границы для паломников, совершающих хадж, и направляющихся на святую землю ислама. Изоляция всей Италии означала слушание мессы верующих из дома, в то время как папа Франциск давал свое благословение на пустынной площади Святого Петра в Ватикане. В Великобритании гуманисты отменили все церемонии на неопределенный срок. Все перечисленное выше является примерами ограничений, которые вступают в конфликт с правом на собрания и правом отправлять религиозные обряды публично. В то же время, остается неоспоримым тот факт, что пандемия требует временных мер безопасности, которые следует ослабить только тогда, когда это безопасно.

В хорошо функционирующих демократиях граждане вполне обоснованно могут ожидать, что их правительства своевременно снимут существующие ограничения. Однако, во множестве стран присутствует опасение, что пандемия может усугубить авторитарные тенденции в правительстве. Что касается религиозных общин и меньшинств, это может привести к продолжительной стигматизации, дискриминации и преследованиям.

В Иране правительство освободило 85 000 заключенных, чтобы предотвратить распространение вируса, но, судя по сообщениям, поместило некоторых заключенных членов суфийской религиозной общины в переполненные камеры. В Индии пандемия используется государственными чиновниками из рядов индуистского большинства для борьбы с мусульманским меньшинством, членов которого обвиняют в росте числа случаев заболевания. В Грузии власти разрешили проведение богослужений для православных христиан во время Пасхи, но отреагировали враждебно, когда мусульмане намеревались собраться во время Рамадана.

В условиях скептицизма заставлять людей принимать временные ограничения в своей жизни может оказаться еще более сложной задачей для государственных лидеров.

В странах, где лидеры и политики имеют исторический опыт уделять приоритетное внимание частным интересам за счет общественных, сложившийся уровень доверия общественности к политическому руководству часто бывает низким. В этих странах могут вводиться новые ограничения в дополнение к тем, с которыми граждане уже сталкиваются с боязнью и подозрением. Добросовестность государственных должностных лиц будет поставлена ​​под сомнение, поскольку они не предоставляют адекватных государственных услуг, таких как услуги здравоохранения. В таких странах граждане имеют мало, или практически накакого, положительного опыта в их взаимодействии с государством. Рекомендации и меры по охране здоровья могут быть проигнорированы либо потому, что их трудно или даже невозможно осуществить, либо потому, что граждане не убеждены в честности намерений правительства.

В интервью Норвежскому общественному вещателю (NRK) молодой человек в Нигерии отказался признать любые нарушения своего права на публичную молитву в мечети. Он заявил, что убежден, что Бог защитил его от вируса, поэтому ему не нужно, чтобы правительство говорило ему, что делать. В Аргентине евангелическая церковь вновь открылась как бар, в знак протеста против правительственного запрета на богослужения, несмотря на постепенное послабление карантинных мер в стране. Точно так же, в некоторых частях Соединенных Штатов пасторы продолжали организовывать богослужения, называя себя «жизненно важными службами».

В условиях скептицизма заставлять людей принимать временные ограничения в своей жизни может оказаться еще более сложной задачей для государственных лидеров. Вовлечение влиятельных субъектов, таких как местных, религиозных и духовных лидеров, путем предоставления им активной роли в поддержке мер по обузданию вируса, может изменить ситуацию к лучшему. Однако в странах, где общий уровень доверия к политикам низок, надлежащее сотрудничество между правительством и различными частями общества, само по себе, может стать проблемой.

Вовлечение влиятельных субъектов, таких как местных, религиозных и духовных лидеров, путем предоставления им активной роли в поддержке мер по обузданию вируса, может изменить ситуацию к лучшему.

В недавней статье норвежские исследователи подчеркивают важную роль религиозных лидеров в борьбе с Covid-19. В Норвегии религиозные лидеры и религиозные общины объединились с правительством, чтобы сдержать распространение пандемии. Например, мечети быстро приняли активное участие в ограничении распространения вируса, посредством обмена информацией и рекомендаций, и смогли охватить части населения Норвегии, к которым правительство имело более ограниченный доступ. Церкви тоже отреагировали быстро, перейдя на онлайн трансляции богослужений.

7 апреля Всемирная Организация Здравоохранения (ВОЗ) выпустила свод руководящих принципов и рекомендаций, в которых подчеркивается важность религиозных лидеров, религиозных организаций и религиозных общин в борьбе с COVID-19. Правительства должны привлекать гражданское общество, религиозных лидеров и религиозные общины к практическим шагам, которые приводят к оказанию помощи и защиты в трудные времена.

В руководящих принципах признается, что религиозные лидеры, религиозные организации и религиозные общины являются «основным источником утешения, а в некоторых странах оказывают непосредственную медицинскую и социальную помощь тем сообществам, которым они служат». Они также «делятся информацией о здоровье для защиты своих членов и более широких слоев населения, которая может быть принята с большей вероятностью, чем из других источников». Наконец, они также могут «отстаивать интересы уязвимых групп населения».

Назначение их ответственными партнерами в борьбе с пандемией может стать важным шагом на пути к формированию необходимого доверия и сотрудничества с более широкими слоями населения. Правительствам также необходимо гарантировать, чтобы ограничения не были дискриминационными по отношению к определенным религиозным общинам и другим группам. Это может способствовать предотвращению превращения пандемии в продолжительный кризис в области прав человека.

 

 

ORIGINALLY PUBLISHED: July 8, 2020

Гуннар Экелёве-Слюдал является руководителем отдела по вопросам политики в Норвежском Хельсинкском Комитете (NHC).

Лив Х. Кванвиг - глава Секции свободы религии и вероисповедания в Норвежском Хельсинкском комитете (NHC) и директор Международной группы парламентариев за свободу религии и убеждений (IPPFoRB).


 

COMMENTS
Stay connected! Join our weekly newsletter to stay up-to-date on our newest content.  SUBSCRIBE